Из истории

"Аще простец согрешит, то    
един о себе Богу ответ даст,
а иерей согрешит, то о мно- 
зех ответ дати иматъ".        
Из Стоглава


     Уже минуло 450 лет со дня Стоглавого собора, созванного митрополитом Макарием в 1551 году, и 400 лет, когда русская православная Церковь раскололась: большая часть верующих не признала церковной реформы Никона (1653 - 1656), шестого по счету патриарха.

     Никон (мирское имя Никита Минов) был новгородским митрополитом и принимал деятельное участие в кровавом подавлении новгородского народного восстания в 1650 году.

     Именно в это время царь Алексей Михайлович Тишайший (1629 - 1676) стремился к активной колонизации русскими других земель. Для достижения этой цели царь начал резко усиливать свою власть и власть церкви. Алексей Михайлович осознавал, что расширение своей власти и территории государства возможно при объединении русской церкви с православными церквями Украины, Белоруссии, Молдавии и Балканского полуострова. А все это в свою очередь требовало унификации церковной обрядности, книг священного писания, иконописания, принципов построения самих храмов. И царь сделал вывод, что необходимо провести церковную реформу. Он понимал, что человек, который мог бы организовать проведение такой реформы, должен обладать волевым характером и в определенной степени властолюбием и жестокостью.

     Проявленные жестокость и властность Никиты Минова и дали повод Алексею Михайловичу возвести его в сан патриарха Московского и всея Руси.

     После возведения в сан патриарха Никон активнейшим образом стал вмешиваться не только в каноны православной церкви, но и в дела государственные.

     На первых порах Алексей Михайлович на это не обращал внимания, да и решительные действия Никона импонировали царю. Но уже тогда были люди, которые заранее увидели пагубность развернутой Никоном церковной реформы. К таковым можно смело отнести выдающегося писателя того времени и церковного деятеля Аввакума, который происходил из семьи священника и впоследствии стал одним из главных поборников старообрядческого движения.

     Аввакум резко осудил церковную реформу Никона и писал, что в Москве поселился антихрист, а Никон и царь Алексей Михайлович — два его рога, и вдвоем они пьют "кровь святителей Исусовых".

     Аввакум настоятельно призывал людей твердо придерживаться основ старой веры, за что царь заключил Аввакума в острог. Но он и там продолжал выступать против нововведений Никона. За это непослушание Аввакум вместе с диаконом Федором, иноком Епифанием и протоиереем Лазарем в 1681 году был заживо сожжен в срубе в Пустозерске. При этом произошло удивительное событие — в сгоревшем срубе оказалось только три обгоревших тела. Пошли разговоры, что Всевышний забрал Аввакума к себе. Узнав об этом, царь был глубоко потрясен и вскорости пришел к убеждению, что Никон и самому царю составляет немалую угрозу.

     А когда Никон сравнил власть русского патриарха с Солнцем, а власть царя с Луной, которая, как известно, светит отраженным от солнца светом, то терпение царя лопнуло. И на заявление Никона, что царь обязан подчиняться патриарху, в 1666 — 1667 годах церковный собор осудил поведение Никона, лишил его сана патриарха, и Никон был сослан на север в Ферапонтов монастырь.

     Так бесславно закончил свое нечистое дело Никон, но гонения на старообрядцев, так впоследствии стали называть ревнителей древлего благочестия, на том не кончились. Той части русского народа и духовенства, которая не приняла нововведений Никона из-за того, что эти новшества были направлены именно против русской самобытности и преданности истинам православия, сердце подсказывало, что слишком важным и значимым было все, что связано с древлеправославной жизнью их предков. Именно для таких людей постановления Стоглавого Собора были образцом нравственной жизни. И в пору гонений и упадка духа Стоглав оставался их единственной опорой в преодолении самых невероятных трудностей.

     Это обуславливалось тем, что у ревнителей древлего благочестия, кроме борьбы за выживание более важное место занимало воспитание духовности. Именно это и позволило им выжить в самых невероятных условиях. Этим они живут и в настоящее время, уповая на помощь Всевышнего, ибо на первом месте у них Бог, а на последнем — все земное и человеческое. Именно в этом смысле Стоглав является великим уроком, согревающим человеческие сердца теплом веры и любви к Богу и людям.

     Один из идейных противников Никона писал в то время царю: "Плюй на греков, Алексей Михайлович, ты же русак!".

     Для подтверждения вышесказанного сошлемся на академика Д. Лихачева, который на вопрос: "А были ли необходимы и неизбежны никоновские реформы, был ли обязательным церковный раскол в 17 веке?" — ответил: "В какой-то мере реформы были обязательны, но они могли быть иными. Москва стала центром для Украины и Белоруссии, и поэтому православная церковь должна была иметь единые обряды. Никон же был инициатором раскола потому, что он отменил старое двоеперстие на новое троеперстие. Сейчас ясно, что во многих случаях старообрядцы были правы, поэтому, как известно, никонианам пришлось подделывать некоторые документы" ("Огонек" № 10. 1988. стр. 12).

     Но тогда царь не внял голосу разума, и гонения на непринявших нововведения продолжались. Они подвергались всяческого рода истязаниям, вплоть до физического истребления. Преданные старой вере стали убегать от преследований на Урал, в Сибирь, на Юг и в земли Речи Посполитой, в Прибалтику.

     В Латгалии начали зарождаться первые общины старообрядцев, и со временем они оформились в Древлеправославную Поморскую Церковь.

     Здесь особо необходимо подчеркнуть и тот момент, что старообрядчество в землях Балтии возникло не на пустом месте, а на изначальной основе местных русских, издревле обосновавшихся на землях у моря Балтийского.

     Их поселения периодически пополнялись за счет новоприезжих, но особое увеличение произошло тогда, когда на Руси началось гонение на старообрядцев.

     Во тьме тысячелетий в Балтии существовала балтославянская языковая общность.

     Истоки эти кроются в глубине веков, когда в Ерсике, Кокнесе, Талаве были русско-латышские княжества, где и латышская знать исповедовала веру православную. Еще до строительства костела в Икшкиле в 1186 году в Латгалии уже были древлеправославные храмы.

     В самой Риге в "Русской деревне" еще до начала 15-го века стояла православная церковь, которую "посещали купцы и ремесленники, и люд простой".

     Таким образом, строительство православных храмов в Ерсике и других местах Латгалии явилось уже практическим торжеством православия в этих местах.

     Именно так Церковь, основанная Исусом Христом, предназначенная для того, чтобы вести людей ко спасению, пришла в Латгалию. И пришла она, можно смело сказать, на благодатную почву.

     Гонимые приверженцы старой православной веры влились в состав уже веками здесь существовавших русских жителей, которые их приняли вполне доброжелательно, ибо, как пишет А. Фролов в своей статье в Динабурге "Латвия для русских не чужая", она воистину была не чужая. Да и исконно живущие здесь относились к русским поселенцам сочувственно.

     Как пишет И. Заволоко, "к русским поселенцам сочувственно относился курземский герцог Якоб", предоставляя им беспрепятственно "править службу по древлеправославному чину...".

     Старинная старообрядческая летопись "Дегуцкая хроника" свидетельствует о том, что первые старообрядцы появились вблизи города Даугавпилса в 1660 году и в деревне Лигинишки построили первый древлеправославный храм. Следующий храм был построен в Илуксте.

     А потом они стали возводиться и в других местах Латгалии и Латвии.

     В 1760 году был основан молитвенный дом в Риге, положивший начало Гребенщиковской старообрядческой общине.

     Но гонения на старообрядцев все это время продолжались.

     При Николае Первом эти гонения достигли кульминационного момента.

     В 1826 году по распоряжению Николая Первого было создано третье отделение (высшая полиция), которое ведало делами о религиозном расколе.

     Вторая половина 19 века была ознаменована приходом на престол сына Николая Первого, Александра Второго (1818 - 1881), прослывшего великим реформатором. Именно при Александре Втором старообрядцам был возвращен ряд отнятых у них ранее гражданских прав.

     Но только Николай Второй (1868 - 1918) своим указом от 17 апреля 1905 года снял много ограничений, установленных в свое время для старообрядцев.

     Это привело к резкому усилению общественной активности ревнителей старой веры.

     И спустя ровно четыре года, в апреле 1909 года в Москве состоялся Первый Всероссийский Собор Древлеправославной Поморской Церкви.

     Председателем Собора был самый активный его организатор начетник из села Пойма Пензенской губернии Лев Пичугин.

     Его глубокие знания Священного Писания и ораторский талант создали ему непререкаемый авторитет в делах веры.

     Открывая Собор, Лев Пичугин сказал: "Итак, возлюбленные отцы и братья, поступайте осторожно в законах Церкви, дабы не вырвать доброе со злым".

     Первый Всероссийский Съезд ДПЦ показал всем, что впервые за двести лет перед ревнителями старой веры встали творческие задачи, а до тех пор все их силы были направлены больше на самосохранение.

     Особой проблемой для старообрядцев было образование. И ровно два года спустя после Первого Всероссийского Собора ДПЦ, с 3 по 5 мая 1911 года в городе Двинске состоялся Всероссийский съезд старообрядцев поморцев, посвященный проблеме образования.

     Но вопрос самосохранения истинных ревнителей старой веры не был снят с повестки дня, и сегодня он стоит не менее остро, чем в те уже далекие времена. Так же, как и раньше, верующие выдвигают из своей среды наиболее авторитетных единоверцев и их благословляют другие наставники. И эстафета эта передается из поколения в поколение, не давая затеряться ни одному из церковных правил. Сохранено знаменное древнее пение, только погружательное крещение, сохранены древние книги. Все это свято соблюдают более восьмидесяти тысяч старообрядцев Латвии, объединенных в 66 общин.

      Большинство же старообрядцев проживает в Латгалии. В Даугавпилсе имеется шесть действующих старообрядческих общин. Именно в этой связи в церковных кругах Даугавпилс часто именуют старообрядческим Иерусалимом.


Необходимо обратить внимание на то, что революция 1917 года принесла старообрядцам потерю центрального руководства. Большую работу по объединению старообрядцев в Латвии проводили такие известные деятели, как И. Заволоко, Г. Елисеев, М. Каллистратов, С. Кириллов, А. Формаков и многие другие. Они готовили объединенный Собор староверов государств Балтии, но он был сорван секретным соглашением Молотова - Риббентропа. По всей Балтии прокатилась волна репрессий, и многие старообрядцы совершили свой крестный путь в Сибирь далекую.

     Так И. Заволоко и Г. Елисеев депутат Третьего Сейма Латвии, председатель 1-й старообрядческой общины Даугавпилса в 1940 году были сосланы в Сибирь. Та же участь постигла и писателя А. Формакова, имя которого упоминается Солженициным в "Архипелаге ГУЛАГ". А депутат четырех Сеймов Латвии М. Каллистратов был в 1940 году расстрелян во дворе городской тюрьмы "Белый лебедь". В советское время единственным легальным центральным органом, объединяющим Древлеправославную Церковь, был Высший Старообрядческий Совет в Литве. Его бессменным руководителем был Иван Исаевич Егоров.


Иван Исаевич Егоров родился на Гриве, где его отец был городским головой. И. Егоров (1905 - 1998) издавал служебно - уставные книги, организовывал изготовление церковной утвари и нательных крестиков.

Работавшая при Высшем Старообрядческом Совете Духовная комиссия под бессменным руководством духовного наставника Каунасской старообрядческой общины отца Иосифа Ивановича Никитина (1905 - 1996) обеспечивала каноническо-догматическую и вероучительную сохранность Церкви, следила за дисциплиной духовных наставников.
Отец Иосиф постоянно вел переписку со всем старообрядческим миром. 


Выходивший в то время в РГСО старообрядческий Церковный календарь под бессменным редакторством отца Лаврентия Силовича Михайлова (1914 - 1985) служил как бы летописью старообрядчества, просвещал верующих в истории, богословии и укреплял Веру.
В работе редакции активное участие принимал Иван Никифорович Заволоко (1897 - 1984).

В 1989 году был создан Центральный Совет Древлеправославной Поморской Церкви Латвии. С 17 по 18 июля 1995 года в Даугавпилсе состоялся очередной Собор ДПЦ, в работе которого приняли участие все духовные наставники из Латвии и представители старообрядческих центров Литвы, Эстонии и России. 

     На Соборе присутствовал председатель Российского Совета Древлеправославной Поморской Церкви отец Олег Розанов, а также отцы Евфимий Лепешин и Илларион Петров.

     А с 23 по 30 июля 1996 года Собор старообрядческой Поморской Церкви состоялся в городе Вильнюсе, на котором присутствовали отец Владимир Панцирев из Каунаса, отец Зосима Иодкин — председатель Союза старообрядческих приходов Эстонии, отец Иоанн Егоров из Литвы, отец Алексий Жилко из Даугавпилса и отец Василий Васильев из Вильнюса.

     В 1998 году 27 июля в городе Екабпилсе состоялось заседание духовных наставников, на котором присутствовали: отец Алексий Жилко от Первой Даугавпилсской старообрядческой общины, отец Харлампий Данилов от Екабпилсской старообрядческой общины, отец Тихон Осипов от Елгавской старообрядческой общины, отец Козьма Никифоров от Малюткинской старообрядческой общины, отец Михаил Полгин от Слостовской старообрядческой общины, отец Тимофей Кудряшов от Старофорштадской старообрядческой общины, отец Максим Волков от Костыговской старообрядческой общины, отец Никанор Зубков от Гривской старообрядческой общины, отец Иван Кудряшов от Прейльской старообрядческой общины, отец Алексий Каратаев от Рижской старообрядческой общины и отец Федор Бехчанов тоже от Рижской старообрядческой общины.

     Кроме общих и накопившихся вопросов на заседании духовным наставникам было предложено творчески переработать Уставы общин применительно к особенностям каждой общины.

     Так, например, Первая Даугавпилсская старообрядческая община изменила Устав и теперь может заниматься издательской деятельностью. В этой общине теперь возобновлено проведение утренних и вечерних служб. Это та духовная жизнь в храме, когда можно вырастить достойную смену из молодежи и дать им возможность почувствовать всю ответственность служения в храме Божием.

     Решались и другие вопросы, а по окончании заседания духовных наставников был отслужен молебен.

     Сейчас старообрядцы Даугавпилса вместе с наставниками всегда помнят, что основное поле их деятельности заключается в том, чтобы постоянно происходило духовное окормление прихожан, их воспитание в духе Веры, торжествовало милосердие, благотворительность, миротворчество и любовь.